Опрос


ТЕМЫ

Последние комментарии

Виктор КУБЕКА

всходы плохого слова

Версия для печатиВерсия для печатиОтправить на e-mailОтправить на e-mailВиктор КУБЕКА

Как-то (давно это было) мой четырехлетний сынишка, придя домой из детского сада, огорошил сообщением, что воспитательница сказала на него «плохое» слово. Подумалось: неужели педагог скатилась до мата? Поэтому стал допытываться, что за слово употребила воспитательница. Он долго не хотел говорить, поскольку в нашей семье табулярная лексика не употреблялась вообще и даже не матерные, а просто неэтичные выражения считались «плохими словами». Но потом все же решился. И поведал, что воспитательница после его очередной шалости воскликнула: «У, калеспандент!..»

Тогда эта история вызвала лишь улыбку: педагог «спроецировала» отцовскую профессию на ребенка, который ее названия не знал. А тон и незнакомое слово поставил в разряд «плохих». Сейчас же, проходя мимо детской дворовой площадки, от ребячьих возгласов улыбаться перестаешь, потому что впору заплакать. Из мальчишечьих (да и девчоночьих тоже) уст на полные децибелы несется отборный мат. И редко какой прохожий возмутится и сделает замечание такому сопливому матерщиннику. Больше с усмешкой проходят мимо, будто так и надо. А уж если этой похабщиной разразился кто-то из подростков или юнцов, не стесняющихся так выражаться даже при сверстницах-девушках, то за замечание можно получить и физический «ответ», в смысле по физиономии.

Такое безразличие к детскому и юношескому сквернословию (мягко говоря) исходит из проникновения брани, почитай, во все сферы жизни и деятельности в нашем нынешнем обществе. И даже во властные структуры. Будто начальственное слово становится более весомым и убедительным, если обильно пересыпано матерком. Но, во-первых, сам такой тон оскорбителен для окружающих, а во-вторых, он наталкивает на мысль о бессилии или даже неспособности начальника к позитивным оценкам и решениям, поскольку в ход идут такие хлипкие аргументы.

Вспоминается недавний случай, когда руководитель одного из районов запретил женщине-редактору местной газеты посещать планерки и заседания райисполкома, поскольку «застеснялся» произносимых на них тирад и тона, которым они преподносились. Но тут хоть надо отдать должное «галантности» начальника, избавившего таким образом уши интеллигентной женщины от сквернословия. В иных же регионах не стесняются и этого.

Появилось даже и все больше утверждается в жизни мнение о том, что нашему человеку никак невозможно обойтись без словесных сальностей, что мат у нас в крови, в исторической природе. И запрещать его никак нельзя, поскольку табулярная лексика помогает разрядить эмоции, избавиться от накопившегося раздражения, выпустить, что называется, пар. Апологеты подобной точки зрения договариваются до того, что бранные слова едва ли не полностью в их речах вытесняют нормальный словарный запас. И тут, думается, к месту будет вспомнить слова древнегреческого философа Сократа, который говорил: «Каков человек, такая его и речь».

Однако некоторые нынешние деятели культуры почти с пеной у рта доказывают право существования матерных слов даже в художественных произведениях, сценических постановках, на кино- и телеэкранах. Правда, пока вместо них мы слышим непонятное «пиканье». Но уже есть и прецеденты. Тем более что сторонники «сочных» выражений для большей убедительности ссылаются на классиков литературы, приводя примеры из Толстого, Бунина, Маяковского, Есенина и пр.

Приведем и мы. Вот мнение известного педагога А. С. Макаренко, который сказал, что «матерные слова — признак самой дикой, самой первобытной культуры…».
Для большей убедительности расскажем и о результатах одного научного эксперимента.
Ученые-генетики поставили такой опыт. Партию семян пшеницы, что называется, обругали всяческими матерными словами. И оказалось, что при посеве почти все они погибли, не дали всходов. А выжившие стали генетическими уродами. Продолжая эксперимент, взяли семена той же пшеницы, убитые радиоактивным облучением. И не пожалели для них нежных, ласковых слов. А после высева их оказалось, что разорванные хромосомы и спирали ДНК в зернышках стали на свои места и восстановились.

Вот и стоит задуматься: употребляя и распространяя мат, не контролируя свою речь, мы порождаем вокруг себя генетически уродливое окружение. Особенно это касается наших детей. А каковым тогда будет наше «светлое будущее»?