След в истории

Версия для печатиОтправить на e-mail

Тумановка 2-я – это маленькая деревенька в 17 дворов, каких сотни по Беларуси. Построили ее люди на опушке большого леса, вдоль шляха. С другой стороны раскинулось поле, на котором они растили хлеб. В ложбине по центру протекал звонкий ручеек, босоногие мальчишки пасли коров и лошадей.

Летом рано просыпалась деревня: то чей-то петух прогорланит, то мужик с восходом солнца начнет наклепывать свою косу-литовку. А дальше – больше... Мычание коров, женские голоса у колодца, и вот уже вошла деревня в утро. Задымилась труба одной хаты, другой. По шляху пройдут лошади, тяжело волоча «стонущие» телеги. Этот шлях связывал Могилев с Вендорожем и дальше, аж до самой р. Друть.

Война началась тоже рано утром. Все вокруг как бы притихло, сжалось в ожидании чего-то. Птицы в садах и ближайшем лесочке приумолкли, стали петь по-другому.

Прошло чуть более недели томительного ожидания. По шляху неожиданно загрохотали танки, появились машины с фашистской свастикой на бортах. Они стремились к ближайшему аэродрому за деревней, а дальше – железнодорожная станция Буйничи и г. Могилев. Но что-то их остановило. Они растянулись по ложбине, садам и огородам. Их пушки стреляли в сторону города. Под Могилевом шел тяжелый бой. Из-за Ямницкого леса пролетали, тяжело ревя, самолеты с крестами на крыльях.

Отбомбив, они снова скрывались за лесом. Над городом по ночам виднелось зарево пожаров. Так продолжалось чуть более трех недель. Потом все стихло, как будто окончилась война. И деревня с ее жителями стала жить по «законам» оккупации. За все расстрел, расстрел... Под страхом смерти прошло два с половиной года.
И снова утро. Декабрьское утро, последнее в жизни деревни. Мышиные шинели. Очереди и выстрелы. Крики, лай собак. Снова выстрелы и стоны раненых. Дым, сплошной дым со сладковатым привкусом.

Деревня горела. Декабрьский день короток, но и его хватило, чтобы все было кончено. Кое-где еще дымились пепелища сараев, торчали печные трубы да в ближайших кустах жалобно скулила собачонка. И деревни не стало с ее жителями.

Нам, детворе, об этом кошмаре рассказывали родители. Школьниками мы с особым уважением относились к своей первой учительнице. Раненая, она чудом осталась жива в то утро. Звали ее Виктория Ивановна Недведская. Нет ее уже с нами, но в сердцах ее учеников она будет жить вечно. В нашей Тумановке 1-й осталось лишь два человека, которые тоже пережили то утро и запомнили его на всю жизнь.
В 1967 году на краю поля возле шляха установили обелиск в память об уничтоженной фашистами деревне.

А в 1969 году открылся мемориальный комплекс Хатынь. Памятник всем сожженным белорусским деревням и погибшим в огне мирным жителям. Вот только Тумановка 2-я по каким-то причинам числилась в списках мемориала как сожженная, но восстановленная. Это не так.

Историческую несправедливость нужно было как-то исправлять. Начал с работы над документами и литературой в областном архиве и библиотеке.

Вскрылись некоторые факты, внесшие неточность в историю бывшей деревни Тумановка 2-я. Понимая значимость, ответственность и что такие решения принимаются на уровне правительства, я записался на прием к председателю облисполкома П.М. Руднику. Он меня внимательно выслушал и по-государственному отнесся к предоставленным материалам.

После различных уточнений и согласований ошибка длиною почти в полвека была исправлена.

С целью увековечивания памяти погибших жителей д.Тумановка 2-я Могилевского района в государственном учреждении «Государственный мемориальный комплекс «Хатынь»» проведена реэкспозиция фотодокументальной постоянно действующей экспозиции. Название деревни Тумановка 2-я внесено в перечень деревень, уничтоженных с частью населения и не возрожденных в послевоенный период.
В этом году наша Беларусь празднует 70-летие освобождения от немецко-фашистских захватчиков. Вечная слава погибшим героям. А нас, их потомков, никто и никогда не поставит на колени.

Пусть всегда живет и процветает наша любимая Беларусь.